1

Суперкубок

Суперкубок

История легенды

3

Кубок европейских чемпионов

Кубок европейских чемпионов

История легенды

2

Кубок обладателей Кубков

Кубок обладателей Кубков

История легенды

1

Кубок вызова ЕГФ

Кубок вызова ЕГФ

История легенды

10

Чемпионат Беларуси

Чемпионат Беларуси

История легенды

7

Кубок Беларуси

Кубок Беларуси

История легенды

6

Чемпионат СССР

Чемпионат СССР

История легенды

3

Кубок СССР

Кубок СССР

История легенды
vk instagram odnoklassniki tweeter youtube viber
vk facebook instagram odnoklassniki tweeter youtube viber

Иван Бровко: Спартак Миронович давит авторитетом

03.09.2014

В его статистической визитке — два главных персональных рекорда гандбольной сборной страны. В 34 года Иван БРОВКО провел в ее составе 141 матч и забросил 516 мячей — больше всех! Меру почитания игрока болельщиками точной цифрой не изменишь. Но без риска ошибиться припишем импозантному левому крайнему и лидерство по децибельному валу зрительской поддержки. А в начале августа Ваня нежданно “порвал” интернет эффектным дебютом в роли приглашенного ведущего на проекте “БАТЭ on air” перед победным матчем борисовчан против “Дебрецена”.

— И как тебе первый опыт работы с микрофоном в руках?

— Страшно.

— Разве? Ты так уверенно кричал в камеру.

— Это было потом. А когда задавал первый вопрос, очень волновался. Его, кстати, не вырезали, оставили в ролике.

— И это был вопрос...

— ...Алексею Баге. Леша человек бывалый. Оценил мое состояние, успокоил: Ваня, не волнуйся, все получится.

— А как родилась идея такого “выхода в эфир”?

— Позвонил Платон Дмитриев — до прихода в БАТЭ он занимался похожим проектом в гандбольном “Динамо”. Спросил: хочешь поучаствовать в съемках? Я сказал: конечно, нет. Но в итоге не отвертелся. Что буду ведущим, узнал уже на пути к стадиону. Потом вошел во вкус. Стало даже нравиться.

— Поэксплуатирую твой свежий навык интервьюера. С какого вопроса ты на моем месте начал бы эту нашу беседу?

— Ой, не приходит на ум ничего, кроме банального: как дела, что нового?..

— Ну, отвечай.

— Дела — хороши. А новое — контракт со СКА. Еще на сезон.

— Там есть опция, позволяющая его расторгнуть в случае других интересных предложений?

— Если честно, не знаю.

— Это как?

— А вот так. Первый контракт в карьере, который подписал, не читая.

— В знак особого доверия к СКА?

— К его менеджменту. Поговорил с директором клуба Павлом Владимировичем Галкиным и подписал.

— Допустим, завтра тебя зовут в статусный зарубежный клуб...

— Уверен, что с Галкиным на сей счет договорюсь. Добрые отношения гарантированы.

— Весной, когда развалилось “Динамо”, ты пришел в СКА, но называл тот вариант временным, до конца сезона.

— Так и было. Только других предложений не получил. Да и возраст мой — уже не двадцать пять. Ехать на год в другую страну желания нет. А Спартак Петрович Миронович после последней игры сезона прямо сказал: ну, Ваня, приходи после отпуска. Так все и решилось само собой.

— В СКА тебе интересно?

— Конечно. Здесь много молодых игроков. Они стараются зарекомендовать себя с лучшей стороны, что-то доказывают тренеру. Рядом с ними чувствую себя моложе. И гораздо комфортнее, чем в “Динамо” при Дениче. Спокойно во всем, что касается и игры, и повседневного окружения.

— Какое место в твоей творческой биографии займет динамовское сотрудничество с Борисом Деничем?

— Он очень хороший тренер. Но считал, что в команде был левый крайний лучше, чем я. И сезон для меня вышел смазанным.

— Когда ты понял, что отставлен на второй план?

— Сразу с приходом Денича. Что бы я ни делал, ни предпринимал,  ничего не менялось. Иван Нинчевич — хороший игрок. Наверное, он достоин быть первым. Но, думаю, часть времени в Лиге чемпионов можно было давать и мне — хотя бы для поддержания конкуренции.

— Ты пытался объясниться с тренером?

— Да, пару раз разговаривали. Он заверял: Ваня, все хорошо, ты меня полностью устраиваешь. Но продолжал держать на скамейке. Приходилось терпеть. Тренер всегда прав.

— Потом случился чемпионат Европы, где ты замечательно провел главный матч — против черногорцев...

— Это никак не изменило моего положения в клубе.

Иван Бровко

— У тебя ведь уже была подобная ситуация в немецком “Мельзунгене”.

— Да. Мне не привыкать.

— Тогда дай совет человеку, который впервые попадет в подобный переплет. Как себя вести?

— Есть два варианта. Либо терпишь и пытаешься доказать свою силу. Либо меняешь клуб. Мне довелось испытать оба способа. Терпеть тяжелее.

— И в бытность игроком “Мельзунгена”, и в динамовскую пору ты оставался на своей позиции первым номером национальной команды...

— В сборной приходил в норму, обретал уверенность. Вызовы от Шевцова в последний год были для меня отдушиной, глотком воздуха. Во всех смыслах.

— Какими способами Юрий Анатольевич поддерживал в тебе боевой дух?

— Он постоянно следит за сборниками, в курсе их клубных дел. И всегда четко представляет, кого необходимо подтянуть и в чем: в “физике”, в настроении...

— Психотерапия?

— У него много педагогических ходов. Разговоры с глазу на глаз случаются часто. Это рабочий процесс.

— Чем для тебя был приход Шевцова в сборную?

— Первоначально — ничем особенным. Пришел новый тренер, но каких-то других задач, кроме просто выходить и стараться выиграть, перед нами не ставили. А потом мы стали попадать на топ-турниры...

— Почему именно при этом тренере?

— Может, ему в какой-то степени повезло прийти в нужное время. Подобрался коллектив, которому, наконец, улыбнулась удача. Ребята в сборной всегда старались. А получаться стало только сейчас. Но, думаю, это общие заслуги. Сегодняшнего не было бы без вчерашнего. Усилия председателя федерации Владимира Коноплева тоже нельзя забывать.

— Что изменилось в сборной при Шевцове?

— Прежде всего — игровая дисциплина на площадке.

— Ситуацию в сборной осложнило исчезновение “Динамо”?

— Когда разваливаются такие клубы, это плохо для гандбола в целом. “Динамо” распустили внезапно. Появились сложности с трудоустройством у игроков, в том числе и сборников. Но сегодня они в основном при клубах. Так что негативные для сборной последствия, возможно, уже сняты.

— Из-за того, что мало играл в “Динамо”, у тебя не все ладилось и в матчах за сборную. Вот и на чемпионате Европы в Дании поначалу игра не пошла...

— Ведь так часто и в жизни бывает: черное, черное, потом белое. В нужное время все получилось.

— Тот твой всплеск в матче с черногорцами...

— Думаю, это итог тяжелой работы. Не только моей, но и всех ребят.

— Но почему именно в тот день?

— Сам себя спрашивал. И не мог ответить. Ведь настрой на каждый матч был одинаковым.

— В той игре ты нейтрализовал Васко Шевальевича, бывшего динамовского одноклубника. Когда выходишь с задачей персонально опекать доброго приятеля...

— ...это нормально. Подобное происходит на протяжении всей карьеры.

— Как вы в таких случаях общаетесь на площадке?

— Бывает, по ходу игры и сорвется какая-то шутка, подначка. Но с Васко ничего такого не было. Только улыбнулись друг другу для начала.

— Динамовский опыт помог тебе сладить с ним?

— Конечно, ведь мы долго вместе тренировались, причем постоянно противостояли друг другу. Я знал, чем он опасен, что делает хуже.

— Вне площадки у тебя твердое реноме добряка-оптимиста...

— Я и на площадке добрый.

— Да уж. Помню твой первый после возвращения в СКА выход против брестчан. Особенно изумленные глаза Макса Бабичева, которого ты пару раз знатно опрокинул на пол. Ты тогда явно удивил приятелей по бывшему “Динамо” и сборной своим настроением.

— Очень соскучился по игре. Матч был обычным, но уж очень хотелось в нем победить. Ну, потолкались немного: я — их, они — меня.

— Как достигается подобная мотивация? Тебе надо перед матчем что-то особое съесть, послушать?

— Ха, если только успокаивающее... Все происходит автоматически, на уровне подсознания. Надел форму — и другой человек.

— Как относишься к утверждениям об особом командном духе, бытующем в СКА?

— Наверное, в каждой команде что-то есть особое — в ауре, в традициях. В СКА это прежде всего Спартак Петрович. Тем, чего достиг, я обязан всем своим тренерам. Но в профессиональном спорте Миронович был для меня первым наставником такого высокого уровня.

— Миронович, от которого ты уходил в Запорожье...

— ...и к которому теперь вернулся? Имею ли право сравнивать?

— Ну, а кому как не тебе?

— Сейчас он стал мягче, доступнее в общении. Наверное, подстраивается под современный гандбол. Заметил, что нагрузки стали ниже. Но те азы, с которых мы начинали много лет назад, остаются.

— Прежде, помнится, вы тренера побаивались...

— Да, он вел тренировку — шла настоящая работа. Отлучался — можно было дать слабину. Вижу, что и сейчас так. Если Спартак Петрович в зале, гайки подкручиваются автоматически. Давит авторитетом.

— На тебя тоже?

— Причем очень. По старинке.

— Твои игровые функции с переходом в СКА почти не изменились.

— Да, они мало отличаются от тех, что были в “Динамо” при Сергее Бебешко. Да и в сборной часто применяется та же защитная схема 5-1. Здесь никаких неудобств. Надо только немного подстраиваться: мне  — под ребят, им — под меня.

Иван Бровко в СКА

— Ощущаешь себя особым персонажем в белорусском гандболе?

— Без ложной скромности? Не ощущаю. Просто приятно, когда за нас болеют, поддерживают. Спасибо, конечно.

— У тебя были поводы для особой признательности болельщикам?

— Да. Во время игр “Динамо”. Тренер долго меня не выпускал, и с трибун начинали кричать, требовать моего выхода.

— И потом ты появлялся под аплодисменты...

— И аж мурашки по спине. Вот такое внимание реально стимулирует.

— Для тебя значимы оценки твоей игры в печати, интернете?

— Уже года два на форумы не заглядываю вообще. Иногда захожу на страницы “Прессбола”, других спортивных изданий. Ну и от ребят иногда слышу: ой, Ваня, тебя там так...

— Ты мало рассказываешь о своей семье.

— Просто стараюсь ограждать ее от излишнего внимания. Дочке Милане уже семь лет. Жену зовут Ольга.

— Она была с тобой во всех легионерских перемещениях?

— Да, поженились, когда я играл в Запорожье. Потом переехали в Германию.

— СКА — последний адрес твоей карьеры?

— Не готов ответить. Раньше пробовал что-то планировать. Но после развала “Динамо” понял, что большого проку в этом нет. Будет здоровье — буду играть.

— А потом?

— Тогда и подумаем. Перспективы размыты.

— Когда в 2000 году вы с Серегой Рутенко, Мишей Нежурой и другими парнями выиграли в Афинах серебро на юниорском чемпионате Европы, о каком будущем вам мечталось?

— Мы тогда просто радовались. Мыслей, что попрем и пойдем далеко, не возникало. Мы ведь и вторыми стали неожиданно. А через год был провал на молодежном чемпионате мира.

— Почему?

— Наверное, сами виноваты. Состав и тренерский штаб были те же. Соперники прибавили, а мы остались на прежнем уровне.

— Теперешняя армейская молодежь похожа на тогдашних вас?

— В физическом плане она, пожалуй, лучше. А в плане самоотдачи с нами сравнима. Сейчас в СКА действительно хватает талантливых ребят.

— С кем из них интереснее иметь дело?

— Со многими. Но называть имена не заставляйте. Рано.

— Наступающий клубный сезон тебя интригует?

— Если сравнивать предстоящий чемпионат с прежними, оптимизма поубавилось. Не стало “Динамо”. Развалилась “Виктория-Регия”. Обособился Брест. Мало притягательного, хороших игр.

— В чем же искать мотивацию?

— Например, в Кубке ЕГФ. Вот там пробраться бы в группу! Хотя это сложно.

— Ты честолюбив?

— Очень.

— Представляешь, как выглядит твоя персональная статистика в сборной?

— Читал. По заброшенным мячам и по сыгранным матчам все еще иду впереди?

— Точно.

— Думаю, новое поколение скоро меня переплюнет.

— Голевая гонка с Борей Пуховским представляет для тебя интерес?

— Никакого. Что забросится — то заброшу. Наверное, все так говорят?

— Многие. Но никто не забрасывает столько...

 Источник: Прессбол

к списку новостей